Рефлекс свободы (часть 1)

Мне повезло, что я учился на кафедре, где преподавал И. П. Павлов. Несмотря на то, что к моему поступлению на 1 факультет Военно-медицинской академии в 1990 году (я поступил учиться, имея стаж психоневролога 4 года) сменилось несколько заведующих кафедрой, — все последующие были его воплощением, хранителями цитадели науки. В то время появились новые течения в психологии — нейро-лингвистическое программирование, гештальт терапия, наконец, множество экстрасенсов.

И я, в большей степени из-за своей кандидатской диссертации, увлёкся этими направлениями в психотерапии. Мне удавалось в течение минут изменить психическое состояние человека, и учение о рефлексах, нервных сетях казалось несколько архаичным. В течении трёх лет обучения на кафедру два раза в год приезжали спецы высшей категории для повышения квалификации, и все они стремились углубиться в учение о рефлексах и нервных сетях. Они бегло изучали новые направления в психотерапии и продолжали постигать учение И. П. Павлова. Их вера в учение И. П. Павлова была сродни религиозной, на что я неоднократно пытался им указать. Они снисходительно улыбались и говорили, что я сам скоро вернусь в родную гавань. Но, путь мой на кафедру был длин и извилист.

Первый человек, который показал мне, что новые методики психотерапии ни что иное, как частный случай клинического метода, был профессор кафедры психиатрии Военно-медицинской академии им. С. М. Кирова — Борис Серафимович Фролов. Все мои приемы психотерапии он успешно переводил на клинический язык и заставил уважать психиатрию. Все последующие годы моей практики лечения острых психических состояний показали мне основу успешного психофармакологического лечения. И этой основой оказалось учение о рефлексах и нервных сетях. Я могу вслед за Г. К. Честертоном рассказать историю моряка, который после долгих странствий открыл новый берег, и который оказался его родиной.

А моя ошибка была поистине завидной. «Что может быть упоительнее, чем пережить разом все пленительные ужасы путешествия в чужие земли и высшую человеческую радость возвращения домой?». Всех на кафедре объединяла любовь к активной, интересной жизни, жизни свободной и красочной, полной поэтической занятости. И это — краткий катехизис веры кафедры И. П. Павлова. По научному, это рефлекс свободы. Благодаря ему муха пытается выбраться из паутины, олень вырывает ,запутавшиеся в ветвях, рога, а человек из тюрьмы стремится на волю.

Все они стараются преодолеть несвободу потому, что имеют краткосрочные и дальние цели своего существования. И чем дальше смотрит живое существо за горизонт, тем более оно свободно, тем активнее, интереснее и поэтичнее его жизнь. А завидуют они качествам, позволяющим жить чудесно и весомо. Их истории полны случаев освобождения от обусловленного, драматического выбора и уюта. Жизнь их подчинена высшей цели и похожа на собирание марок филателистом; все никогда не собираешь, но каждая приближает к цели. Пока ты живешь в кругу таких людей, то не замечаешь атмосферы, сочетающей восторг перед неизвестным и честь родной кафедры, наполненной Сеченовым, Павловым, Шостаком.

А вот, когда ты удаляешься на другой край вселенной, где люди выбирают ничто, зависимость и Павловку, то ясно видны контуры родной земли. Впервые я увидел разницу в исповедании веры при лечении пациента П. Успешно включая рефлекс свободы, усиливая одни нервные сети и ослабляя другие, мне удалось помочь выбраться десяткам пациентам из опийной зависимости. А этот пациент после триумфальной победы над героином через 8 лет нашёл кокаин, и я почти два раза в неделю возвращал его на путь истинный. Однажды он мне сказал, что в принципе есть смысл несколько раз в год ложиться в Павловку, — и его друзья так делают. И я понял, что Павловка, где колят всякие вкусняшки, для него — идеальная цель.

Несмотря на мои усилия оттенить идеал, разорвать паутину зависимости, весь он стремился в неволю, и это стремление было осознанно. Легче помочь тем, которые уподобились насекомым, стремящимся к химическому веществу, чем осознанно уверовавшим в ничто. Как загорались его глаза, когда я цитировал лекцию К.Ясперса «Демонизм»! Он говорил, послушай мама, ведь это все обо мне. Это был его катехизис.(Далі буде…)

Рейтинг: 5.0/5. Основано на 5 оценках.
Please wait...
Опубликовано в Статьи

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Cтатьи